Buig

Специалисты широкого профиля

Дымов Суздаль

Суздаль, или Как заработать на русском

Фото: Алексей КуденкоФото: Дмитрий ШумовФото: Дмитрий ШумовФото: Дмитрий Шумов

Год назад Валерий Панюшкин в своей колонке на «Снобе» задал 15 вопросов русским. Среди прочего он спросил, какой у нас национальный костюм, танец, детская игра, колыбельная, общая трагедия — что вообще мы считаем русским? Ответов по интернету расплодилось видимо-невидимо. Большая часть из них сводилась к тому, что в стране, где проживают представители 194 народов и где более 70 лет шла тотальная унификация товаров и услуг, попытка самоидентификации обречена на провал. Примерно то же самое говорят и шеф-повара, пытающиеся восстанавливать старинные рецепты: «Советский Союз полностью нивелировал взаимоотношения человека с местными продуктами. Все потребление превратилось в бездушный конвейер: каша, майонез, тушенка, картошка!» И модные критики, ответственно заявляющие: «Русской моды нет».

Однако запрос на русское сегодня высок: по всей стране появились фермерства, ярмарки мастеров, которые собирают рекордное количество посетителей, и невероятно кликабельные интервью с создателями русского бизнеса. Прибавьте к этому слова «импортозамещение» и «импортонезависимость», фразу «нам есть чем гордиться» — и ажиотаж готов.

Фото: Дмитрий ШумовФото: Дмитрий ШумовФото: Дмитрий ШумовФото: Дмитрий Шумов

Чтобы узнать, как зарабатывать на русском, мы взяли Land Rover Discovery Sport и отправились в Суздаль. Этот город — один из немногих в стране городов-везунчиков. Он почти не тронут цивилизацией и похож на маленькую шкатулку с сокровищами. В городе на девять тысяч человек и девять квадратных километров приходится 32 действующих храма и больше 150 памятников архитектуры XIII–XIX веков, а границы города с XVIII века не изменились. Причина — стечение счастливых обстоятельств. Главные из них — отсутствие железной дороги; до ближайшей станции от Суздаля — полчаса на машине, вокзал находится в городе Владимир, — и присвоение городу статуса памятника еще в начале 50-х: несмотря на то что в 1936–1937 годах здесь было уничтожено 14 церквей, а три получили новое назначение, большая часть храмов, монастырей и архитектурных комплексов сохранилась. Ехали и едут сюда именно за старым духом — посмотреть, что такое «русское». Настоящее, не поддельное. Это глубинка в самом ее привлекательном виде: деревянное зодчество, белокаменные церкви, медовуха, соленья и варенья.

Около 15 лет назад началась «московская экспансия» в Суздаль: состоятельные москвичи покупали дома в самом городе и близлежащих селах. Одним из первых сюда стал инвестировать Михаил Кравченко, бывший владелец «Фабрики мебели «8 марта”», погибший в 2012 году. Почти сразу за ним переехал Андрей Попов, фотограф, основатель «Лаборатории «Человек»». В 2001 году дом в Суздале купил владелец мясных производств и автор концептуальных магазинов «Республика» Вадим Дымов, потом инвестиционный банкир Алексей Поляков. «Бегство на село» — так в шутку называют они свое переселение. Все они начали здесь новую жизнь — купили дома и попытались воссоздать в них деревенский быт, не потеряв при этом в качестве жизни. Правда, как со смехом признавался потом Алексей Поляков, найти печника, который умеет класть русскую настоящую печь, или «водяного», который сложит колодец, — настоящее испытание и настоящая проверка на состоятельность.

Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов

Как был построен бизнес в Суздале

В 2003 году Дымов купил в Суздале бывший цех по ремонту тракторов и мототехники, отремонтировал его и в 2004 году открыл гончарное производство «Дымов Керамика». Начиналось это исключительно как хобби. «Путешествовал по Италии, был в Сиенне, — говорит Вадим Дымов, — увидел красивую керамическую мастерскую и подумал: а почему бы такое же не сделать в России? Вот и сделал». Спустя 10 лет чашки и тарелки «Дымов» продаются не только в Суздале — местные, кстати, считают это исконным товаром и даже рассказывают туристам, что название города происходит от слова «създати», что среди прочего означает «лепить из глины», — но и в Москве, Лондоне, Торонто и Монте-Карло. Из дымовской посуды можно поесть в московских ресторанах White Rabbit, «Мари Ванна» или Saperavi. А в прошлом году «Дымов Керамика» получила Гран-при на Миланской выставке. Ежемесячно на производстве в Суздале бывает до тысячи человек: берут мастер-классы, ходят с экскурсиями. Из хобби «Керамика» превратилась в устойчивый, понятный, не только самоокупаемый, но и растущий бизнес.

В начале этого года Дымов перестал говорить в интервью, что суздальская керамика бизнесом называться не может — дескать, это чистое увлечение, образ жизни, радость и личное удовольствие. Теперь вопросы о том, как идут дела, он переадресовывает своей жене Евгении Зеленской: «Спросите у нее. Она наш бизнесмен». О встрече с Женей мы договариваемся накануне: «Подъедете к ресторану “Гостиный двор”, запаркуетесь напротив, и я подойду», — инструктирует она. Однако с официальными парковками в Суздале дело обстоит не очень хорошо, а потому мы долго и весьма комично пытались запарковать наш оранжевый Land Rover нос к носу с рядом стоящей гнедой лошадью, пока хозяин повозки не объяснил, что ставить машины лучше в соседнем переулке. А оттуда — буквально 300 метров до ресторана. («Гостиный двор» начинала делать мама Вадима Дымова. Кормят тут вкусно и просто: летом подают картошку с лисичками, жаркое в глиняных горшочках, домашнюю медовуху, зимой — пельмени с речным осетром. Словом, типичный русский фьюжн. Цены — средние московские, совсем не провинциальные.)

Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов

Женя Зеленская организовала бизнес так: к керамическому производству добавила два сувенирных магазина, еще занимается рестораном «Гостиный двор», а сейчас открывает продажу керамики через интернет. Для того чтобы объединить все в одно, Вадим Дымов и Женя зарегистрировали торговый бренд «Сельская жизнь». В целом структура бизнеса, несмотря на довольно простое описание, замысловатая. Она вся построена на эксплуатации русского стиля. Глядя на любую штуку на керамическом заводе, трогая вещи в магазине или заказывая что-то в ресторане, ты должен понимать, что это настоящее, родное, любимое, что-то, связанное со страной и с твоей семьей. Система узнавания должна сработать стопроцентно: «О! Из такой крынки бабушка мне молоко наливала! Ровно такие сырники делала нам тетя Лена, когда мы к ней приезжали под Рязань. Откуда у вас эти вязаные игрушки? Так же делают только у нас в деревне! Самотканые полотенца! Я думал, такие уже и не делают» — Вадим этот метод называет «интуитивной айдентикой». При этом так устроен не только бизнес Жени Зеленской и Вадима Дымова, так устроен весь город. На маленьких улочках здесь продают моченые грузди, копченую стерлядь, берестяные украшения, детские кокошники — работать с этим направлением нужно деликатно: тиражирование убьет аутентичность, а заигрывание с нестандартной эстетикой может отвадить большую часть туристов, ориентирующихся на классическую «сувенирку».

Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов

Сколько стоит сувенирный магазин в российской глубинке

Казалось бы, открыть сувенирную лавку в самом туристическом городе России (на территории Суздаля расположено 90 отелей) — дело плевое: поток людей большой, машины с московскими и подмосковными номерами теснятся на узких улочках. Однако многие путешествующие подтвердят, что найти хорошие подарки в Ликино-Дулево, который находится на том же маршруте, что и Суздаль, или обнаружить крутой магазин в Павловском Посаде — дело практически неразрешимое. В России настоящая беда с дизайном простых вещей: магнитики, футболки, народные платья для маленьких девочек и рубашки для мальчиков, брелоки, чашки, полотенца. То, что продается на улицах, зачастую выглядит как настоящий китч, который сложно представить в городской квартире. Словом, организовать московский магазин «Республика» в Суздале оказалось непросто.

Если перечислять проблемы, которые стопорят развитие сувенирных магазинов в России, говорят и Женя, и Вадим, то на первое место выйдет вопрос тотального отсутствия понимания, что упаковка — это важно. Вот, например, самые простые вещи, такие как местный чай, варенья, мед и пищевая соль. Это стопроцентный набор любого туристического магазина в любой стране мира. Но выясняется, что крымский чай нужно переупаковывать: картонные коробки, в которые его фасуют, выглядят неудобными и некрасивыми. Черная пищевая соль, которую могли бы с руками отрывать люди, с трепетом относящиеся к готовке, расфасована в неудобные, быстро рвущиеся пакетики. Мед надо заливать в собственные керамические крыночки, потому что нормальных стеклянных нет, а если и есть, то резиночку к банке уже и не купить — надо везти из-за границы: «А у нас санкции — и цена на банки взлетела до небес. Для нас же принципиально держать цены невысокими. Я ориентируюсь на средний класс. Вернее, ориентировалась, — поправляется Женя Зеленская. — Сейчас уже и не поймешь, что с нашим средним классом. Он совсем размылся: кто теперь сюда едет, непонятно. С другой стороны, нельзя не заметить, что ушел так называемый “Русь экспорт” — это когда сюда возили автобусами экскурсии; теперь едут более осознанно, на личных автомобилях, небольшими компаниями». Вадим добавляет: «Вообще заметно, что сельская жизнь манит. Быть немного кантри-чуваком сейчас даже модно. Видимо, город совсем съел людей, им не хватает жизни, природы, земли, чего-то настоящего, знакомого с детства».

Фото: Алексей Куденко Фото: Дмитрий Шумов Фото: Дмитрий Шумов

«Вообще дизайн, не только упаковки, — это то, что в нашей стране проседает, — продолжает Женя. — Покупать приходится буквально отовсюду и многие вещи в единичном экземпляре. Люди делают что-то забавное для себя, приносят или мы случайно находим, нам нравится. Дальше вопрос логистики. Спрашиваем: а тысячу таких штук сделаете? Отвечают: ну нет, тысячу не сделаю, не могу — у меня хозяйство, работа, дом. Следом — вопросы государственного участия. Казалось бы, например, в Суздале есть все для того, чтобы люди могли жить безбедно и уютно. Хочешь — летом открывай маленький ресторан, весной води экскурсии. Или вяжи игрушки на продажу в промышленном масштабе. Или делай расписные сундуки и продавай в маленькой лавке рядом с собственным домом. Но нет! Открыть ресторан и магазин здесь или организовать продажу собственных поделок — гигантская проблема. На это нужно тысячи разрешений, сотни встреч с представителями контролирующих организаций и миллион нервных клеток. В России любой малый бизнес хиреет, не успев родиться».

И последняя проблема — это вопрос транспортного сообщения между селами и маленькими городами: «Связь между ними практически отсутствует. Наша страна становится огромной в тот самый момент, когда ты думаешь: о, надо же на Валдай съездить, там колокольчики красивые. Потом садишься, чтобы просчитать маршрут, — и машешь рукой: ну к черту!» — говорит Женя. И действительно, проезжая по маленьким селам, ты постоянно замечаешь, как мы не ценим дороги, не думаем о том, что они соединяют села друг с другом. Как часто, выезжая на проселочную дорогу, ты через пару километров обнаруживаешь, что переключаешь режим с «нормального» на «кэмел-трофи» и чешешь с низкой скоростью по таким рытвинам и буеракам, с которыми может справиться только Land Rover с адаптивной подвеской. А все потому, что кому-то пришло в голову проехать на грузовике из одного села в другое сразу после дождя, превратив дорожное полотно в систему рытвин, по которому не пройдет ни поселковый автобус, ни маленькая легковушка.

Вадим Дымов: биография, личная жизнь

Биография

Настоящая фамилия Вадима — Засыпкин. Вадим Георгиевич родился в Уссурийске 27.08.1971 в семье военных. Он получил образование в Суворовском училище, которое окончил в 1988 году. Затем Вадим Дымов поступил в Донецкое высшее военно-политическое училище. Вадим Георгиевич имеет диплом юриста, который получил в 1999 году в Дальневосточном государственном университете на факультете правоведения. Его юридическая карьера могла бы иметь большой успех, ведь уже на втором курсе университета Вадим работал в суде помощником председателя. Однако Дымов правильно оценил свои способности и интересы и занялся бизнесом.

Предпринимательская деятельность Вадим началась на Дальнем Востоке в 1997 году. Он стал совладельцем завода мясных изделий «Ратимир». Именно это начинание, а также опыт, полученный из поездок по Европе, положили начало созданию московской фирмы «Дымов» в 2001 году. Компания выпускает разные колбасы, сосиски, пельмени. В 2005 году Дымов открывает красноярское отделение, а в 2006 году основывает совместное с «Ратимиром» мясное производство во Владивостоке. В 2007 году бренд «Дымов» покупает дмитровский мясокомбинат и превращает его в собственный филиал. Мясной концерн владеет животноводческими комплексами во Владимирской области, в Краснодарском крае и Красноярске. Всего под своей маркой завод выпускает примерно 300 различных наименований не только под одноименной маркой, но так же и под названиями «Пиколини», «Мясные чипсы» и «Stickado».

Несмотря на успешный бизнес, Вадим Дымов ищет спокойствия и уединения в российской глубинке. Он покупает дом в Суздале, но предпринимательская жилка подсказывает новую бизнес-идею: продажу сувенирной керамики. Дымов запускает строительство мастерской и параллельно объявляет конкурс в суздальском художественном училище по воссозданию старинного местного стиля. Благодаря творческому состязанию, Вадим находит опытных гончаров высшей категории. Он основывает компанию «Суздальская керамика» («Дымов керамика»), которая занимается изготовлением оригинальной посуды и изразцов. Среди клиентов фирмы не только туристы, но и известные рестораторы и дизайнеры.

В 2006-2007 годах Вадим Георгиевич открывает сразу 2 новых бизнес-направления в Москве. Первый проект — сеть книжных магазинов «Республика», созданный по европейским стандартам, а второй — сеть пивных ресторанов «Дымов № 1». Вадим является организатором собственного издательства «Третья смена».

Дымов активно ведет общественную деятельность. С 2007 года он участвует в разработке программ школьного питания в составе официальной группы при правительстве. Также Вадим — член Генерального Совета Общественной организации «Деловая Россия».

Личная жизнь

Вадим Дымов совместно со своей неофициальной женой имеет сына Андрея. Среди его увлечений почетное место занимают мотоциклы и горные лыжи. Вадим любит быструю езду. Также он увлекается футболом и болеет за клуб «Ливерпуль». Вадим старается выезжать на матчи любимой команды. Дымов увлекается стендовой стрельбой и игрой на электрогитаре. Он является коллекционером картин Майорова, старых советских магнитофонов и музыки на виниле.

Воспользуйтесь преимуществами карантина!
Весь май у нас действует БЕСПЛАТНАЯ ДОСТАВКА по Москве в пределах МКАД
и Санкт-Петербургу в пределах КАД при заказе от 5000 рублей.
А также рады сообщить, что все пункты самовывоза работают в стандартном режиме!

Продукты

Продукция

  • Посуда для ресторанов

  • Посуда для дома

  • Посуда наших партнеров

  • Вазы

  • Хрусталь и Стекло

  • Кувшины

  • Текстиль «Coza»

  • Суздальские сладости

  • Мёд и варенье

Проекты

Новости

  • Книга про русские сладости и десерты

    Очень скоро в издательстве Комсомольская правда выйдет книга про…

  • Наборы ко дню Учителя

    Рассказываем какие наборы можно подобрать ко Дню учителя! В наших магазинах…

  • Праздник урожая в Суздале!

    Праздник урожая уже в эту субботу на фабрике «Дымов керамика» в Суздале!С 12 до…

  • Парад чашек!

    Осень богата на новинки! Представляем вам лимитированную коллекцию…

  • 5 фактов о нашей керамике

    #этоинтересно Наша керамическая посуда производится из фаянса, что…

  • Экскурсии для школьных групп!

    Первая неделя учебного года уже позади и мы решили напомнить, что в преддверии…

  • Какую посуду выбрать для дома?

    Какую посуду выбрать для дома? ✨Классика в интерьере обязывает к покупке…

  • Новый магазин в Аптекарском огороде!

    Дорогие друзья! Мы рады пригласить вас посетить наш новый магазин в…

Юмористические рассказы

Белосток, детство

Иосиф Перельман родился 16 февраля 1878 г. в городе Белостоке Гродненской губернии в семье мелкого служащего, подданного Пруссии.

Отец — немецкий еврей, мать — еврейка, знавшая русский язык и, естественно, владевшая немецким. Поэтому в доме говорили по-немецки. Вспоминая о своём детстве, Дымов пишет: «Я и все вокруг меня говорят по-немецки». О своих родителях он кратко сообщает: «Он был немецкий подданный, родился близ Кёнигсберга. Мать — русская из Ковны».

Исидор Перельман, отец Иосифа, был, по-видимому, служащим одного из промышленных или торговых предприятий Белостока. Значительная часть жизни отца проходила вдали от семьи — в частых и долгих деловых поездках. Иосиф плохо помнил своего отца (Исидор Перельман умер, когда Иосифу было 6 лет), но одна деталь — чёрная шляпа-котелок, за ленту которой засунут жёлтый железнодорожный билет — надолго врезалась в его память. Мать Иосифа была школьной учительницей, на руках которой после смерти мужа осталось пятеро маленьких детей — Герман, Иосиф, Анна, Яков и Соня.

Самая младшая Соня умерла в младенчестве.

Яков Перельман — автор известных многочисленных книжек по математике, астрономии, физике: «Занимательная физика», “Занимательная тригонометрия”, “Занимательная математика”, “Занимательная алгебра”, участник Группы, изучавшей реактивное движение, автор работ по проблемам освоения космоса и межзвёздных перелётов. Погиб в блокадном Ленинграде от голода в 1942 году.

Старший брат, Герман, погиб во время Катастрофы в нацистской Германии. Анна, скорее всего, погибла в годы Второй мировой войны в Ленинграде.

Исследователь творчества Иосифа Перельмана, Владимир Хазан рассказывает: «… по существу, мать подняла четверых детей сама, одна, и комплекс безотцовщины, комплекс сиротства навсегда остался в Дымове как тема его литературных сочинений, как некий комплекс в самой нравственной личности этого человека… Это хорошо ощущается и по его воспоминаниям, и по его многочисленным литературным работам, по романам, по пьесам, по рассказам, этого всего ему в детстве недоставало, недоставало отцовского внимания, недоставало, и он об этом пишет достаточно резко и драматично, ласки со стороны матери».

Быстро прошли восемь лет учёбы Иосифа в Белостокском реальном училище. К слову, училище было семилетним. В 1893 г. после инцидента, связанного с публичным оскорблением девочки на катке, Иосиф получил «тройку» по поведению (и столько же — по Закону Божию), и был оставлен на второй год в пятом классе. Тем не менее, учился Иосиф хорошо и в 1896 г. окончил училище с отличным аттестатом.

Нужно отметить, что в Белостоке, входившем в то время в состав Российской империи и расположенном за чертой оседлости, в конце 1870-х гг. более 70% всего населения составляли евреи. В конце 1890-х Белосток превратился в один из центров еврейского социалистического движения благодаря высокой концентрации рабочих, занятых на многочисленных текстильных фабриках города.

Первый год после окончания училища (до осени 1897 г.) Иосиф Перельман по просьбе матери провёл в Белостоке, зарабатывая частными уроками и помогая семье. Дымов вспоминал об этих днях: «Будни… За восемь лет, которые я провёл в училище, я почти не видел других людей, кроме учителей и учеников. Да, я видел и других — до моего поступления в реальное училище. Теперь я увидел их опять». Этими людьми были самые обыкновенные обитатели тогдашнего Белостока — трубочист, стекольщик, водовоз, городской сумасшедший Йошке-музыкант. Появились и новые лица: «Ткачи, ткачихи, много молодых рабочих — я знал их детьми и подростками. Они держатся иначе, говорят, волнуются, сговариваются о чем-то, на «маювке» (день Первого мая) поют другие песни…». Пройдёт несколько лет и эти лица — евреи-ремесленники, молодые рабочие бундовцы, сумасшедший Йошке-музыкант, увиденные восемнадцатилетним Иосифом Перельманом на улицах Белостока конца 1890-х гг., — вновь оживут на страницах пьес Осипа Дымова. Не случайно писатель с такой теплотой вспоминал позднее о той поре: «…мои будни …как я теперь благодарен за них!».

Наступила осень 1897 г. «Пора отправляться в Петербург в высшее учебное заведение. В какое? Не все ли равно — только бы удалось поступить куда-нибудь. Вход в университеты так затруднён!» — писал Дымов. В результате, отлично сдав вступительные экзамены, он был принят в Петербургский Лесной институт.

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх